|

Особенности аграрной политики царизма в Северном Кыргызстане.

1 Star2 Stars3 Stars4 Stars5 Stars (No Ratings Yet)
Загрузка...

Анализ аграрной политики царизма в Кыргызстане, начиная со второй половины XIX века, позволяет выявить специфику ее реализации в различных регионах края. На юге Кыргызстана -землеустройство оседающих кочевников и прикрепление их к определенным участкам земли на 1 самых жестоких условиях. На севере — изъятие земель укоренного населения и вытеснение их с долинных зон. Связано это было территориальным разделением труда и соответствующей специализацией сельского хозяйства этих регионов.
Земля кыргызов, согласно Положению царского правительства от 1868 г. о государственной экспроприации земли кочевников и превращении ее в собственность Российского государства, предоставлялась кочевникам-кыргызам, лишь на условиях бессрочного пользования на основе обычаев, но не в частную собственность. В этом и была суть аграрного переворота в колониях, произведенного сверху, положившей начало процессу первоначального накопления со своими колониальными особенностями.
Царское правительство отчетливо понимало, что предоставление земли в частную собственность оседлым и оседающим кочевникам сделает невозможным дельнейшее углубление русской колонизации. Во-первых, потому, что земледельческое оседание, как свидетельствует мировая история — это большой прогресс, во-вторых, частная собственность на землю служит главным ее определяющим фактором спонтанного общественного развития всех народов, поскольку именно частная собственность способствует осуществлению человеческого «я».
Царизм колониальным методом аграрной политики преследовал цель — задержать кыргызов на том общественном уровне, на котором они их застали, что было удобным условием для их колониального порабощения.
К тому же для оседания полукочевников, сложились объективные факторы:
1) непосредственное влияние промышленного капитала России;
2) переселявшиеся русские крестьяне вносили элементы разложения патриархально-родового строя кыргызов;
3) насильственное изъятие зимних пастбищ и следовавшие за ними джуты (бескормица) лишали массы кочевников скота, что приводило к их вынужденному оседанию.
Таким образом, складываются объективные предпосылки общественного разделения труда, то есть отделения оседлого земледелия от кочевого скотоводства и превращение первых, в основное средство производства букары.
Этот процесс становится исходным пунктом и главным прогрессивным фактором разложения полуфеодального строя и определившим его разложение.
Изъятие земель приобретает массовый характер с 80-х гг. XIX в., когда в связи с окончанием строительства закаспийской железной дороги, русская буржуазия приступила к экономическому освоению края. В 1887 г. чиновник А.А. Краснов отмечал, что основные площади долинных земель Северной Киргизии, служившие как зимние пастбища были изъяты [1].
Агроном С. Понятовский также пишет, что «приближается тот момент, когда в распоряжении полукочевников останутся лишь пастбища под белками (линией вечных снегов)» [2].
В результате такой политики полукочевники-кыргызы все более периодически подвергались ежегодным джутам и голоду. Особенно ужасающие джугы 1878 и 1886 гг. поставили кочевников на край гибели.
Об этом корреспонденты пишут: «Среди киргизов — голод ужаснейший, масса скота подохла, подох весь молодой приплод, так, что ни у кого нет ни капли молока, цена хлеба страшно поднялась» и далее «две волости киргизов умирают с голоду и третью скоро постигнет такая же участь» [3]. Итак, периодические джуты, голод, эпидемии, обнищание, пауперизация, массовая гибель скота и людей стали постоянными спутниками аграрной политики царизма. Уцелевшие кыргызы поднимались на ожесточенную борьбу за землю и оседание.
В одной из своих жалоб они пишут, что в результате «отобрания у них земель им поместиться негде, разве что на воздухе, но к несчастью ни сами они, ни скот их не имеют крыльев, да и на воздухе нет травы, так, что скоту там питаться нечем, как и в песках прибалхашских» [4]. Современник джута 1886 г. писал, что «сложившуюся судьбу киргизов можно охарактеризовать как бедствующая и погибающая народность» [5]. Сложившееся катастрофическое положение в жизни кыргызского народа получило отражение в творчестве акынов-заманистов, как — «зар-заман», «тар-заман» и «акыр-заман», рассматривавших существующий мир феодального кочевого общества как народное горе.Тяжелейшие последствия джута 1886 г. подняли уцелевших пауперов на новый этап борьбы за землю, за преобразование своей жизни. Этот момент Ф.В. Поярковым подмечен следующим образом: «Как бы то ни было та тяжелая зима 1886 г. перенесенная киргизами загорных волостей Пишпекского уезда, не прошла для них бесследно, и страшные страдания пережитые ими послужили для них уроком… С этого несчастного для них года они стали более заниматься хлебопашеством» [6].
Подобные же явления сообщает и А. Краснов: «Говоря вообще киргизское население получает с каждым годом больше и больше стремление к земледелию. Им занимались бы они все поголовно, если с одной стороны не русская колонизация, а с другой — отдача Кульджи» [7].

 

 Отсюда ясно, что с одной стороны усиливается напор к оседанию массы обнищавших кыргызов и искусственные препятствия, чинимые колониальными властями. Самый широкий размах изъятие земель получает с 1891 г. когда вновь было возобновлено переселенческое движение на окраины Российской империи. Только за один 1892 г. в Чуйской долине было изъято 107267 десятин удобной и 2126 дес. неудобной земли [8]. На этот произвол царских властей «киргизы высказались против изъятий, … что в настоящее время пашни составляют единственный источник, обеспечивающий существование киргиз» [9].
Несмотря на такие протесты киргизов, 23 февраля 1893 г. Семиреченское областное правление постановило «изъять Чуйские участки из использования киргиз, а поданые последними прошения оставить без последствия» [10].
Произвольный захват земель и изгнание трудящихся киргизов из парцеллы происходит повсеместно в Северной Киргизии. Почти все удобные земли Чуйской долины и побережья Иссык-Куля в начале 90-х гг. были изъяты [11]. Для использования земли в целях насаждения и развития колониальной формы капитализма в сельском хозяйстве в северной Киргизии действовали две мощные силы: колониальная администрация, с одной стороны, и деспотическая власть манапов, с другой. Те и другие преследовали свои корыстные цели. Колониальная администрация заявляла, что изъятию якобы подлежат только излишки земли кочевников, а манапы будто бы сдавали землю в аренду на добровольных началах «лицам русского происхождения». Деспотическая власть манапов на местах использовалась царизмом, как завуалированный метод изъятия земель у букары и являлась вторым фактором обезземеливания трудящихся кыргызов. Арендуемые русскими переселенцами земли, как правило, обратно не возвращались прежним владельцам — манапам, так как на ней уже вырастали поселки и города колонизаторов. Отсюда можно сделать вывод, цель манапов — с помощью царской администрации приостановить объективный процесс разложения феодальных отношений, выражающийся в общественном разделении труда, то есть в земледельческом оседании кочевников без манапов. Здесь интересы манапов и царизма совпадали.
В годы столыпинских реформ происходит массовое переселение крестьян на окраины империи. Только по Пишпекскому переселенческому району за период с 1906-1910 гг. надо было землеустроить 34638 зарегистрированных переселенцев. Поэтому в 1907 — 1908 гг. была выработана правительственная программа массовых изъятий земель у коренного населения Семиреченской области и было признано право подвергать «изъятию из пользования киргиз всякие земли, какие оно найдет нужным для своих целей, при этом даже потребовать и снос построек с изъятых земель кочевников» [12]. Изъятие земель, как правило, сопровождалось насильственным выселением кыргызов в горы.
Финалом аграрной политики царизма, поставившим кыргызский народ на край гибели, было постановление правительства от 1915 г. о выселении северных кыргызов в горные ущелья и Балхашские пустыни. Позже Туркестанский комитет Временного правительства от 19 апреля 1917 г. о местах поселения возвращающихся кыргызов из Китая постановили не допускать их в Пржевальский и Пишпекский уезды, а разделять их в горных районах Нарына и на востоке Джаркентского и Верненского уездов.
Эти исторические факты ждут объективного изучения без налета политики, поскольку позволят на наш взгляд, дать истинную картину истории кыргызского народа в колониальный период.
Литература:
1. Краснов А.А. Очерк быта Семиреченских киргиз // Известия РГО. Т. XXVIII, 1887. — С. 47
2. Понятовский С. О колонизационной емкости Туркестана // Туркестанское сельское хозяйство. 1908, №8.-С. 5
3. Восточное обозрение. — 1886. № 24. — С. 20
4. ЦГИАЛ.Ф.1296, оп. 82, д. 38, л. 21
5. Там же. -Л. 25
6. Материалы по истории политического строя Казахстана. — Алма-Ата 1960. — Т. 1.   -С. 373
7. Краснов А.Н. Указ. соч. — С. 446
8. ЦГИАЛ. Ф. 1296, оп. 82, д. 38, л. 27
9. ЦГИАЛ. Ф.1296,оп. 82, д. 38, л. 37Ъ
10. ЦГИАЛ. Ф. 391, оп. 2, д.  1522, л. 33
11. Там же. -л. 35
12. История Киргизской ССР. — Т. 2. — С. 294

Арзыматова А.А.

Leave a Reply

123